На муниципальных водоочистных станциях вода из природных источников проходит несколько стадий очистки (и обеззараживания), и на выходе ее качество достигает питьевого, т.е. соответствующего требованиям СанПиН 2.1.4.1074-01 «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества». Однако в современном мире питьевая вода очень редко бывает чистой, даже если течет из водопроводного крана, несмотря на то, что государственные учреждения, призванные контролировать ее чистоту, клянутся нам в «полном соответствии стандарту». 


Дело в том, что, во-первых, на муниципальных водоочистных станциях контролируется качество той воды, которая вытекает из большого «крана» Водоканала, а не той, которая достигает кухонного смесителя. Что происходит с водой между этими точками, остается на усмотрении высших сил и совести коммунальных служб. Во-вторых, сами «стандарты» (СанПиН – Санитарные Правила и Нормы), отражают концентрации вредных веществ, которые государство обязуется поддерживать. А учитывая тот факт, что водоподготовка – процесс затратный, экономические законы зачастую оказываются «фундаментальнее» химических и биологических.


Судите сами, предельно допустимая концентрация (ПДК) меди в питьевой воде, согласно СанПиН, составляет 1 мг/л. Это очень много! ПДК других тяжелых металлов гораздо ниже, например, 0,03 мг/л — ПДК свинца. При этом неорганические соединения меди (медный купорос) являются ядами не только для насекомых, против которых активно и используются, но и для человека. Неужели, при концентрации меди в воде менее ПДК ионы меди становятся безвредными для клеток нашего организма? Вряд ли… Просто и сама медь и ее сплавы (латунь, бронза) широко используются в водопроводном деле в виде труб, фитингов, кранов, и поэтому обеспечить низкое содержание меди в питьевой воде – задача не простая. Тем более что у подавляющего большинства водоканалов НЕТ возможности удалять ионы тяжелых металлов.


Cледует отметить, что высокая ПДК для ионов меди – скорее исключение из правил. Но этот пример призван проиллюстрировать всю «химию» подхода в вопросе определения «стандартов». Скорее всего, в Римской империи, где водопроводы были свинцовые (!), а не медные, ПДК в «санпинах», если бы таковые были, выглядели бы с точностью «до наоборот».

 

Вода, даруемая нам природой, зачастую содержит минеральные соли безопасные для здоровья человека, но отнюдь не украшающие нашу жизнь. Наиболее характерный пример – соли жесткости. Питьевая вода, «приятная во всех отношениях», т.е. и по вкусу и по известковому налету в чайнике, должна содержать не более 1,5 мэкв/л (30 мг/л) ионов кальция Са2+. СанПиН допускает 7 мг-экв/л (140 мг/л Са2+), а в «особых случаях» 10 мг-экв/л (200 мг/л Са2+). Но даже если и эта норма будет превышена, обывателю придется просто смириться. Ни один водоканал, не только в России, но и за рубежом, не может умягчать всю воду, подаваемую в водопровод. Это очень дорого и, по правде сказать, не рационально.


Таким образом, рамки стандартов на питьевую воду весьма условны и зачастую определяются не биологическими потребностями, а техническими возможностями. Кроме того, нужно помнить, что каждый человеческий организм имеет свои индивидуальные особенности; пороговые концентрации, после которых начинается реакция на то или иное вещество, для разных людей могут существенно различаться.


Использование фильтров для воды — наиболее простой способ обеспечить себя и близких безопасной питьевой водой. К тому же он экономически оправдан — из 500–700 литров воды, которые среднестатистическая семья тратит в сутки, на питье и приготовление пищи идет всего 8–10 литров. Вот их-то и нужно очистить до действительно высокого качества.